Оппозиция и консенсус: две стороны одной медали

Прокатившиеся по просторам СНГ «цветные революции» сильно взбудоражили умы представителей российской общественности. Ход событий в Узбекистане, Кыргызстане и на Украине комментировался и обсуждался повсеместно. В произошедшем винили то руку Запада, стремящегося вывести эти страны из-под контроля Москвы, то местные правительства, чрезмерно притеснявшие свои народы и не дававшие им вкусить прелестей современной демократии. Естественно, что многие выводы, сделанные по горячим следам и казавшиеся непосредственно во время событий бесспорными, сейчас отнюдь не выглядят таковыми. Впрочем, мы и не претендуем на то, чтобы комментировать оценки отечественных и зарубежных политологов. Без сомнения, специалисты ещё подвергнут тщательному анализу всю цветовую гамму «революционной» волны первого десятилетия XXI века. Нам же хотелось обратить особое внимание на характер действий оппозиции, на её политику, приведшую во всех случаях к серьёзным внутриполитическим кризисам.

При целом ряде существенных различий последних революций – каштановой, тюльпановой и хлопковой – у них есть много общего. Прежде всего, требования оппозиционеров носили ярко выраженный агрессивный характер и становились в ходе эскалации конфликта всё более враждебными по отношению к властям. Следует отметить и существование у оппозиции определённой региональной «привязки». На Украине она ассоциировалась с традиционно политически активным западом страны, в Кыргызстане основную ударную силу демонстрантов составили выходцы с юга. Схожую картину можно было наблюдать и в Узбекистане. Интересно, что как на Украине, так и в Кыргызстане среди лидеров и участников оппозиции были отставные и даже действующие политики. Иными словами, она имела определённое представительство во власти.

Обратим внимание на несколько характерных черт, присущих зачинщикам «цветных революций». Во всех случаях они проявили высокую степень готовности к насильственным действиям. В Киеве такая агрессивность протестующих привела к блокаде правительственных учреждений и мелким уличным стычкам, в Бишкеке – к штурму резиденции главы государства, а в Андижане – к вооружённому конфликту. При этом, несмотря на такое чрезмерное рвение к защите своих интересов, у украинской, киргизской и узбекской оппозиции не было сколь-нибудь внятной идеологии и программы действий после прихода к власти. Новое украинское руководство пока ничего не смогло предложить своим гражданам за исключением явно нереалистичных лозунгов вступления в Европейский Союз и банального передела собственности. Пришедшие к власти киргизские оппозиционеры явно находятся в патовой ситуации. А единственное, что сумела сделать оппозиция в Узбекистане – расстрелять охрану андижанской тюрьмы и освободить из неё заключённых.

Помимо отсутствия обоснованной и логичной программы действий, сторонники оппозиции испытывали и видимые проблемы с лидерством: ни на Украине, ни в Кыргызстане, ни в Узбекистане не было человека, объединявшего протестующих. Сторонников «оранжевых» возглавляли Виктор Ющенко и Юлия Тимошенко, отношения между которыми складываются далеко не безоблачно. «Тюльпановые» революционеры – Курманбек Бакиев, Феликс Кулов, Роза Отумбаева – выглядят не очень единой командой. Их узбекские «коллеги» также не были представлены какой-либо харизматической фигурой.

Кроме общих черт все три перечисленные революции роднит и отсутствие серьёзных результатов. Кровавые андижанские события закончились разгромом оппозиции и полной победой действующей власти. Отстранение от власти Аскара Акаева пока не привело к видимым изменениям в политике Кыргызстана. И даже на Украине, где позиции пришедшего к власти Виктора Ющенко достаточно крепки, многие шаги его правительства наталкиваются на глухое, а иногда и не очень, сопротивление. Таким образом, итог предпринятых оппозицией в республиках Содружества попыток прихода к власти далеко неоднозначный. В чём же причина столь скудных результатов революционной активности в СНГ? Почему за внешним эффектом, за рассуждениями о победе демократии и торжестве народного выбора всё больше проглядывает зияющая пустота и эффектная, но малоэффективная демагогия? Почему оппозиция в ходе «цветных революций» не смогла победить уверенно и красиво, ни у кого не оставив сомнений в своём политическом и моральном превосходстве? Нам кажется, что основную причину этого следует искать в патологическом нежелании «революционеров» признавать своих политических оппонентов в качестве равноправных партнёров по диалогу. А значит – в отсутствии у них элементарной политической культуры, присущей странам с развитыми демократическими традициями.

Действуя изначально крайне напористо и агрессивно, проводя политику по принципу «всё или ничего» и загоняя действующую власть в угол, оппозиционеры сами поставили себя в очень невыгодное положение. Их максималистская позиция оставляла действующему правительству только две возможные альтернативы: либо власть передаётся оппозиции добровольно, либо она будет взята силой. Никаких компромиссов не предлагалось и все переговоры сводились к банальному шантажу. Будучи сильнее в определённый исторический момент, оппозиция сумела грубым нажимом взять власть на Украине и в Кыргызстане. В Узбекистане же подобные действия привели к её поражению и весьма драматичным последствиям, которые узбекское общество будет ощущать ещё долго.

Однако приход к власти ещё не означает окончательную политическую победу. Он накладывает на победителей целый ряд ограничивающих их обязательств, среди которых одним из важнейших является поддержание внутриполитического баланса, сохранение гражданского мира и спокойствия, консенсуса в обществе. А вот с этим наблюдаются некоторые проблемы. Как оказалось, проигравшая сторона не испытывает особого желания налаживать конструктивные отношения с новой властью. Наиболее показательна в связи с этим ситуация, сложившаяся на Украине. Грубые действия «оранжевых», их подчёркнутая непримиримость и неуважение к мнению оппонентов уже сделала практически невозможное – всколыхнули политически неактивный восток страны и создали такую же неуступчивую и не менее агрессивную по отношению к своим соперникам оппозицию. Иными словами, внутриполитическая стабильность была в декабре 2004 года принесена «каштановыми революционерами» в жертву сиюминутным интересам. И последствия этого непродуманного шага могут аукнуться официальному Киеву в недалёком будущем.

|17 августа 2005 г.|