Новый Орлеан – город-призрак.

Ольга Сагарева - журналист, писатель, MBA (Baruch College, City University of New York), автор книг: "Аквариум 1972-1992" (Москва, "Алфавит", 1992) и "Это "Родина" моя" (Москва, "Крафт+", 2004).

В моей биографии было много по-своему переломных моментов. Один из них наступил в апреле 2000 года, когда я, после суток за рулем, подъехала к мотелю Супер8 на окраине загадочного города под названием Новый Орлеан.

Мне было сразу непонятно, почему в мотеле решетки на окнах и территория окружена колючей проволокой. Больше такого нет нигде в США. В остальных опасных местах просто нет мотелей.

Впоследствии оказалось, что, съехав с дороги наугад, сразу после съезда в город, мы попали в кварталы-гетто, под названием кажется 9 th ward . Макдональдсы и заправки там закрываются с наступлением темноты, а сама полиция боится туда ездить. Но об этом всем я узнаю после, а пока удивлению моему не было предела, ибо я знаю, что теоретически Новый Орлеан – это мекка для туристов, и так далее.

И вот, я захожу в мотель, у стойки стоит пожилой умудренный афро-американец, типа слесаря или механика какого-то. « Where are you from ?» - спрашивает он меня раньше, чем я успеваю заговорить с администраторшей. Белые люди, судя по всему, не были в этом мотеле частыми гостями, но в эти дни в городе начинался джаз-фестиваль, и места в гостиницах были дефицитом, так что они ничему не удивлялись.

Но как меня за 4 года достал этот вопрос!
- New York , - ответила я как можно более недружелюбно, чтобы максимально походить на нью-йоркца.
- That ' s it !, - обрадовался местных житель, расплываясь в улыбке. - I should have guessed that by your accent !

У меня, конечно, не нью-йоркский акцент. Но в этот момент я решила, что приехала в место, где мне светит полная ассимиляция. В место, где народ готов искренне поверить в то, что я из Нью-Йорка. Потому что разница между русскими и нью-йоркцами - ничто по сравнению с разницей между большинством американцев и большинством нью-орлеанцев.

Мы всего полгода прожили в Новом Орлеане, с августа по декабрь 2000 года. Как раз в период печально известных выборов. Было много причин, побудивших нас уехать, но вплоть до вынужденного отъезда из США, и даже – в порядке безумия – вместо него, я лелеяла надежду, что вернусь в Новый Орлеан. Я никогда не была фанатом этого города. Мы уехали оттуда по ряду причин, расизм (быть белым не расистом в городе, полностью сегрегированном, сложнее, чем черным), экономическая невозможность продолжать учебу на дневном отделении (и полное отсутствие в Луизиане не только рынка работ для компьютерщиков, но, по-моему, и самих компьютеров), ужасный климат. В общем, мы уехали в Калифорнию и были счастливы.

Но я всегда жалела, что так и не вернулась из академического отпуска в Туланский университет. Из всех моих мест обучения, это был самый клевый университете, и там я делала наибольшие успехи (правда, это был единственный раз в моей жизни, когда я училась на дневном, так что может поэтому).

У меня в бумагах валяется грамота – наивысший балл по предмету "Контракты" на всем первом курсе. Сегодня я сижу и смотрю на фотки, как дура. У меня прямо на мониторе, я сижу на скамеечке перед огромной вывеской Tulane School of law . В Новом Орлеане сняты самые лучшие из наших семейных фото. Вот Соньке – один год, вся семья вместе. Курля, папа, дети. Торт с Большой Птицей из улицы сезам, наша маленькая – но все же четырех комнатная – квартира в единственной университетской высотке (остальные общежития были типа таунхаусами). Мы выкармливали новорожденного бельчонка, которого нашла соседская девочка. Но он умер. А вот мы на самокатах. В то лето была эта мода на самокаты..... Вообще я везде по кампусу ездила на велосипеде, хотя однокурсница, эжанка, один раз сказала мне страшным шепотом – оказывается, в Луизиане женщинам в платье ездить на велосипеде нельзя.
А вот фотка с кораблика, плававщего по Миссиссипи. Мы с детьми и с моим папой. Одни из самых удачных наших фоток. Вот мы с мамой и мелкой Сонькой в коляске на главной площади, куда-то спешим. У Курли очень напряженной лицо.

Кстати Вы знаете про парад коров? В тот год в Новом Орлеане был такой же. только с рыбами. Парад рыб. Я езжу по окраинам города на машине, груженой такими знаками на палках, которые можно втыкать в газон. Бесплатная наглядная агитация. Gore - Lieberman -2000. Задача – убедить старушек выставить такие у себя на газоне.

Вице-президент Гор встречается с активистами своего штаба в Луизиане. Я жму ему руку и страшно балдею – все-таки вице-президент, блин! Пытаюсь дать годовалую Соньку ему на руки для фотки, но она плачет и брыкается.

Нашего соседа по общежитию, адвоката из Массачусетса, приехавшего для повышения квалификации, арестовали за превышение скорости в школьной зоне. Не прислали квитанцию на штраф по почте, а просто повязали, и все. Он чего-то скандалил про свои права, ну типа надоел им. Такое – только в Луизиане.

Сижу и смотрю на фотки. Вот мы со слоном в новоорлеанском зоопарке.
Проходит полтора месяца.... В доме траур. Шестилетняя Дуська вся в слезах – Верховный Суд принял решение остановить подсчет голосов во Флориде, и ей кажется, что это ужасно, ведь мы столько сил положили на избрание Гора. Я с трудом объясняю ей, что жизнь не закончилась.

Помню своих профессоров. Многие – уже закоренелые нью-орлеанцы. Вот книга студентов. Где они теперь? А вот фотка Дусиного первого класса. Улыбающиеся лица детей..... Правда не хочется представлять себе в этом многокилометровом болоте где-то под водой кого-то из них трупы... ужас, в общем.

Когда встал вопрос о том, чтобы туда переезжать, я боялась – мне говорили, что город ниже уровня моря, что там ужасная погода и постоянная угроза затопления. А я боюсь таких вещей. Один мой нью-джерсийский знакомый мне типа говорил: да фигли, просто не покупай там недвижимость, потому что конечно в ближайшие лет 50 их точно затопит. Но уж на три года-то можно!
Все надо мной смеялись – говорили, что это невозможно, что, мол это просто миф, типа как Атлантида. Что Новый Орлеан стоит уже много сотен лет.
А в общем, мои страхи не были беспочвенны... Много сотен лет стоит, а я лишь на пять лет ошиблась....

Мы сбежали через полгода. Несмотря на то, что у нас была квартира на кампусе Туланского университета, в такой бетонной высотке (правда, судя по ТВ и из тех абсолютно все было вырвано и вынесено ветром).

Меня жутко пугала погода там. Каждый дождь, в представлении нью-орлеанцев – это чудовищный ливень с грозой прямо над твоей головой, молниями каждые несколько секунд, мини-затоплением по щиколотку – абсолютно везде. Поваленные деревья и оторванные ветки. А им хоть бы что. Они ходят по улицам и вообще, типа, внимания не обращают. То, что в Нью-Йорке считалось бы стихийным бедствием, в Новом Орлеане называется "дождь".

Когда так много переезжаешь, вроде не очень привязываешься к местам. Но то, что я так и не вернулась в Туланский Университет, меня всегда беспокоило.
Но то что это действительно произойдет, что город будет-таки затоплен... это была типа сказка. Говорили, что в сильный дождь гробы всплывают на кладбищах, и прочее....

И вот сегодня говорят, когда уже подумали что беда со стороны залива миновала, прорвало дамбу на озере Пончантрейн, со стороны Метайре. Это озеро – это типа как море. По ТВ сказали что в отдельных местах затопление достигает 20 метров.... Сначала казалось что все ОК потому что показывали французский квартал и там было не так много воды. Но французский квартал как раз повыше построен, а земли со стороны озера, а также соседние районы. Типа Гарден Дистрикт, и как раз кампусы Тулана и Луизианского университета, они все в низине....

Если это так, то эта вода не уйдет никогда, учитывая, что конфигурация сильно ниже уровня моря. Французский квартал – самое отвратительное место в городе, судя по ТВ, почти цел и воды там мало. Наверное затопило бедные районы, типа 9 th ward , а также в середине кварталы, по другую сторону Клейборн, в которые отказывалась ехать полиция.... В наших кварталах криминогенность была никакая. Главное было – не переходить дорогу, то есть точно знать, где можно ходить а где нельзя. Никто этого паритета не нарушал. Как студенты-юристы, мы были должны пройти курс дежурств в патрульных машинах с копами. Помню, на моем дежурстве коп так и сказал про один из кварталов – туда ни за что не поедем, мы там без машины останемся.... Это он имел в виду – без нашей полицейской машины с сиреной.....

А на этой арене, где все залезли на верхние трибуны и теперь у них ни еды, ни воды (питьевой) и непонятно как оттуда выбираться.... Там мы с 6-летней тогда Дусей ровно 5 лет назад были на концерте Бритни Спирс. И что теперь делать? Оставить так ведь тоже нельзя будет. Ну затопит. Верхушки небоскребов будут все равно торчать. Там будут все наркотики, все оружие, все нелегальные гангстерские штаб квартиры юга США. Это получится как Нью-Йорк в фильме «Artificial Intelligence»... Рассадник такой. И потом, это все нельзя оставит под водой. Если действительно холера и какие-то тропические заболевания, это же все будет усугубляться....

По ВВС говорят что в городе по-прежнему осталось до 100 000 чел. Это именно бедные люди – те у кого не было машины, бензина, денег на дорогу и мотель, чаще всего у таких людей особенно в бедных регионах нет денег даже на автобус. У кого не было родственников к кому поехать. Кто пережил там много ураганов и не верил, что такое произойдет. Их сейчас потихоньку эвакуируют – всех не успеют, конечно – и по ВВС же сказали что около 900 000 людей в сопредельных районах сейчас находится без крова, средств к существованию, еды или воды. В США где системы соцобеспечения вообще нет, правительство уже не понимает что с ними делать, а их число постоянно растет за счет тех кого продолжают эвакуировать. Говорят, что число погибших только в Новом Орлеане – тысячи, но примерно сколько тысяч, две или двадцать, не говорят. Видимо понимают, что оно продолжает увеличиваться.

Только что показывали тетку, которая плывет по затопленной улице, держась за мусорный контейнер, а следом за ней пара плывучая, держась за автомобильную шину. Все они плывут мимо дорожного знака «S.Claiborne avenue», привешенного сверху на уличном фонаре. Знак едва торчит сейчас из воды. Мне этот знак хорошо знаком – конкретный перекресток конечно узнать трудно, но это может быть и наш перекресток. У мен до сих пор есть эти визитки – 6440 S.Clainborne avenue.... Это значит что весь кампус уже под водой. Боюсь что теперь это будет город-призрак... Причем подводный город призрак....
Мне кажется пролететь на вертолете над затопленным Новым Орлеаном мне было бы еще страшнее, чем мне было в сентябре 2001 года стоять над руинами еще дымящегося Всемирного Торгового Центра.... Хотя фотография, где я с 4-летней Дуськой стою на крыше Южной башни, у меня тоже есть.

И смотрю я на эти все фотографии, и чувствую, будто Новый Орлеан был, отчасти, моим домом. Как был и Нью-Йорк. Как были многие другие города. Про меня говорят, что я так легко переезжаю, потому что не привязываюсь к местам. Это не так. Я привязываюсь к местам. Просто – ко многим. Для меня нет такого, что типа Москва, или там Николина Гора – мой дом, а Новый Орлеан, или Нью-Йорк, или Сан-Франциско – нет. Во всех этих местах – частичка меня. Есть она и в Берлине, и в Амстердаме, и в Лондоне. Я думаю, я настоящий гражданин мира. Только мир становится меньше, а города уходят под воду.

Обсудить

|1 сентября 2005 г.|