ДИСКУРС ГОДА

Мир плоский

В прошедшем году определяющим мировым дискурсом стала концепция «мир плоский» (The World is Flat). Автором концепции плоского мира является Томас Фридман (обозреватель газеты «New York Times»), изложивший ее в книге «Плоский мир. Краткая история XXI века» – одном из серьезных исследований процесса глобализации. Хотя первое издание книги Томаса Л.Фридмана вышло еще в 2005 году, ведущим этот дискурс стал только в 2007 году.

Содержанием дискурса плоского мира являются следующие утверждения. Весь мир нивелирован информационными технологиями и рассматривается как единая конкурентная среда, единое производственное поле, действующее по унифицированным правилам (глобализация выровняла конкурентоспособные площадки между индустриальными и развивающимися странами). Если сначала глобализация была прерогативой государств, потом – корпораций, то сейчас в нее все активней включаются отдельные люди. Сегодня успех определяется не гражданством, национальностью и местом жительства, а уровнем образования, личными способностями, навыком генерировать новации и доступом к глобальной коммуникационной системе. Чтобы быть успешным сегодня нужно стать человеком особенным – «фигурой», «брендом», решительным в выборе и перемене жизненной стратегии.

Реальность плоского мира создает для человечества больше вопросов, чем ответов: куда приведет глобализация и тотальная интеграция; что будет с индивидуумом и свободой личности; какова в историческом плане плата человечества за сжатие пространства и времени; какой вред могут принести плоды технического и информационного прогресса если им воспользуются преступные сообщества; не приведет ли глобализация к еще большему социальному расслоению мира? Сегодня ясно одно – данный процесс разворачивается в масштабе всей планеты и в него задействовано около половины человечества.

СОЦИАЛЬНЫЕ ДИЗАЙНЕРЫ ГОДА

Барак Обама,
Николя Саркози

Барак Обама не побоялся ассоциировать себя с левым крылом демократической партии, приобретя поддержку со стороны клана Кеннеди. В результате демократическая партия встала перед выбором – выбрать в качестве кандидата на президентские выборы «внутренне» более сильную, но вполне очевидную по своим возможностям Х.Клинтон, или же сделать ставку на «молодого» политика, который способен «вести нацию», реформируя демократический консенсус и постепенно отказываясь от политики групп идентичностей.

Николя Саркози в значительной мере способствовал рестарту процесса евроинтеграции, прежде всего – принятию новой «краткой» версии Евроконституции. Также вывел на новый уровень концепцию «евроафриканского барьера» и «средиземноморского сотрудничества», сместив центр проблематизации Европы в целом. Де факто Европа определяется уже по отношению к «кольцу друзей», ее окружающему (и составленному, как правило, из бывших колоний), а не «изнутри» (своими традициями, законами и т.п.). Новые барьеры и границы приобретают черты новых «фильтров», которые не имеют права отсеивать, но могут «облагораживать». Крупным личным проектом Саркози стала попытка возвращения конкурентоспособных французов на родину, уехавших в другие страны и одновременно инициатива о выплате денежной компенсации иммигрантам, которые согласны покинуть Францию.

СОЦИАЛЬНЫЙ ДИАГНОЗ

Конец публичной политики в России

Окончательное исчезновение общественного интереса к политике, включая оппозицию – свидетельство отсутствия публичной политики в Российской Федерации.

В России к концу 2007 года сложилась структура расхождения между «политологическим» или «аналитическим» дискурсом и политическим процессом. Последний демонстрирует достаточно предсказуемые закономерности, проявившие себя как в парламентских выборах, так и в решении вопроса о «преемственности власти». Общая логика политических решений вполне описывается даже с точки зрения максимизации прибыли основными агентами (среди которых – доминирующие партии).

Система приобрела «предсказуемость», к которой не готова ни политология, ни, более широко, «политическая культура», которая требует изобретения «заговоров», «сфер влияния», «тайных проектов» и т.п. Многие политконсультанты представляли дело так, словно бы проблема преемственности власти потребует от нынешней элиты принятия некоего абсолютно неординарного решения, выходящего за пределы и закона, и политических ожиданий, что заведет политический процесс в ситуацию непредсказуемости, где как раз и понадобятся услуги отечественных кризис-менеджеров. К подобным установкам тяготеет тезис о «сохранении» Путина в качестве загадочного «национального лидера» без официальной должности.

В действительности же, как очевидно, система уже предоставляет ряд вполне тривиальных решений для этой якобы «нерешаемой» проблемы (например, переход нынешнего президента на пост премьер-министра после президентских выборов), с чем не может согласиться «креативная» политическая культура. Последней кажется, что «серый» политический процесс ее обессмысливает. Но, скорее, такое расхождение в ожиданиях говорит о необходимости изменения самой структуры «аналитического» производства, которое должно уметь работать с предсказуемыми, в том числе и за счет дискурсивной связности, политическими событиями и процессами, а не повышать свою рыночную стоимость за счет доступа к инсайдерской информации и непубличным замыслам.

Время политического креатива и «пифий» в России прошло, однако время публичной политики так и не настало.

ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ ГОДА

Миф о силе «кремлевских силовиков»

Лопнул миф о «кремлевских силовиках», великих и ужасных: они проиграли подковерную схватку за преемника. Этот проигрыш является сигналом для западного истеблишмента и СМИ, которые убеждены, что современная Россия – страна, в которой власть принадлежит так называемым силовикам, «силовой партии» – представителям когда-то всесильного советского КГБ и прочих спецслужб.

Демифологизация силовиков должна повлиять на улучшение имиджа России: этому будет способствовать выбор в качестве преемника представителя «питерских юристов», тяготеющего к либеральному крылу российской элиты.
Внутри страны подобная демифологизация может привести к снижению институциональных позиций корпоративных структур российского государства (от силовых структур и спецслужб до РПЦ) и ослаблению, сохраняющего пока идеологическую силу, примитивного антизападного православного клерикализма в качестве замены так и не найденной национальной идеи.

 МЕЖДУНАРОДНЫЙ ПРОЕКТ

Объединение Кореи

Многолетняя проблема реунификации Кореи обретает вполне ощутимые очертания. В первую очередь – благодаря развитию процесса усиления экономических связей и торговли. Характерным примером такой интенсификации является северокорейская особая экономическая зона в Кэсоне (Kaesong Industrial Region). В перспективе Северная Корея становится важнейшим экономическим каналом, связывающим Китай, Японию, Южную Корею, Россию и Европу.

На этом фоне особенно неудачными выглядят попытки Японии выйти на ведущие позиции в Азиатско-Тихоокеанском регионе – в силу политических и культурных традиций Япония не смогла реформировать собственные стратегии доминирования, что вызвало отторжение и протесты. Соседи (Китай) ясно показали возможность выдвижения к Японии незакрытых претензий исторического характера (напоминание о Нанкинской резне).

СОЦИАЛЬНЫЙ КАТАКЛИЗМ

Беспорядки в Мьянме

События в Мьянме стали не только наиболее значимым катаклизмом, но и продемонстрировали потенциальную возможность «взлома» китайской политической системы через индуцированные социальные волнения в весьма непростой обстановке.

Столкновение Китая и Запада пока носит «мягкий» характер, однако развертывание ситуации в Мьянме может быть оценено в качестве «пробы пера»: вопрос в том, насколько выгодной окажется проблематизация китайского влияния и, тем самым, китайской внутренней политики. Ограничение этой программы «разборки Китая» связано с локализацией распространения буддизма (Тибет и Мьянма – особые территории) и с весьма сильной национальной консолидацией Китая.

СОЦИАЛЬНАЯ ИННОВАЦИЯ

Материнский капитал

В качестве самой значительной социальной инновации в России можно выделить введение такой меры государственной поддержки, как материнский (семейный) капитал – право семьи при появлении второго или последующего ребенка на получение крупной денежной суммы. Реализация на государственном уровне программы «Материнский капитал» стала попыткой переломить демографическую тенденцию – вымирание страны, которую никогда еще изменить не удавалось. По оценке, в 2007 году право на материнский капитал получили 570-580 тыс. россиянок, а государственные расходы на его выплату составили около 5,5 млрд.долл.

ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ ТЕНДЕНЦИЯ

Конец «Третьего пути»

Политический процесс в развитых демократиях обозначил деструкцию программы «Третьего пути», то есть консенсуса, связанного с именами таких политиков как Т.Блэр, Б.Клинтон, с аналитическими организациями вроде Democratic Leadership Council, с такими теоретиками, как Энтони Гидденс.
Отныне «Третий путь» не может считаться базовым решением для современной социал-демократии и левоцентристских партий в целом. В США деструкция «Третьего пути» как программы «опасения» и «страха» (страха чересчур приблизиться к неоконсервативным оппонентам и страха вернуться к «устаревшим» методам социального государства) наглядно проявилась, например, в поддержке кланом Кеннеди кандидата в президента Б.Обамы (Кеннеди отчетливо ассоциируются с кейнсианской политикой) или в возрождении традиции американского популизма (последний фильм М.Мура Sicko), явно отсылающего к кейнсианским стандартам.

Фактором, определяющим расщепление «Третьего пути», стала невозможность сохранять «политику идентичностей» (identitypolitics) или политику «identitygroups» в связке с демократическими (если говорить о США) и социал-демократическими (если говорить о Европе) партиями и программами. Identitypolitics как концепция, которая должна была прийти на смену «большим» социальным концепциям борьбы и/или госуправления, то есть концепция защиты прав каждого как представителя собственной «культурной», «исторической» или экзистенциальной идентичности, оказалась легко присваиваемой правыми политиками.

Премьер-министр Дании Андерс Фог Расмуссеннаиболее ярко продемонстрировал возможность сдвига программ «Третьего пути» к правоцентристскому флангу.

Так, методология Карла Роува предполагала возможность расщепления электората на множество identities, к каждой из которых можно было обращаться по-своему, что снимало проблему выработки большой когерентной программы, и которые не коммуницировали друг с другом. Групповая идентичность сама становится основанием для натурализации идей прогресса и социального развития, на что косвенно указывают такие работы, как «Две Америки» Стэнли Гринберга, но натурализованные прогрессивные группы (вроде «прогрессивной молодежи») не могут служить точкой сборки для социал-демократических или, в целом, левых партий.

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПРОЦЕСС

Жизнь без сенсаций

В российской литературе в 2007 году, кроме очередных награждений, двух основных столичных книжных ярмарок и выхода очередных романов, никаких сенсаций не ожидалось и не последовало. Литературный Олимп прочно занят и ожесточенно удерживается когортой либерал-имитаторов, журналы продолжают печатать откровенную халтуру.
Становится все более очевидным «водораздел», обособляющий два основных литературных течения современности: «либералов» и «патриотов». Оба направления идентичны во всем, что касается вопросов не связанных напрямую с творчеством. Таким образом, на горизонте появился призрак советского Союза Писателей, в социальных теплицах которого будут взращиваться новые «инженеры человеческих душ». Но художественная литература – не конвейер по производству fast food, и потребительское отношение к писателям, которые якобы за вознаграждение способны на все, в корне не верно. Еще десять-пятнадцать лет – и нынешнее активно пишущее поколение начнет постепенно сходить с литературной сцены. Тогда-то освободившееся место займут те, кто взращен не на отечественной классике, а на сегодняшней коммерческой жвачке.

Литературный процесс в России вошел в зону турбулентности и столкновения. С одной стороны, маскараду либерал-имитаторов начинает противостоять слабая оппозиция. С другой стороны, в литературной среде возникли тенденции к поиску объединяющего начала. В тоже время у появляющихся литературных групп нет никакой идеологии (речь идет не о политической и социальной идеологии, а идеологии искусства, выраженной в жанре, тематике, стилистике).
О современном состоянии национальных литератур по всему миру отечественный читатель лишь смутно догадывается.

Впрочем, тенденция языкового обособления представляется естественной реакцией на экспансию англоязычной культуры. Плохо это или хорошо, но зарубежные литературные премии пока обходят Россию стороной. Что касается отдельных писателей-лауреатов Нобелевской премии, то их имена отечественному читателю практически неизвестны. Последний пример – лауреат 2007 года, британская писательница Дорис Лессинг. Награда присуждена ей с формулировкой «за исполненное скепсиса, страсти и провидческой силы постижение опыта женщин». Между тем, Лессинг вошла в литературу аж в 1949 году.

ИНФОРМАЦИОННЫЙ ТРЕНД

Упадок традиционных СМИ

Определяющей тенденцией в информационной сфере стал уход всей серьёзной информации в интернет.
На этом фоне особенно стало заметно полное и окончательное «пожелтение» электронных СМИ. Электронные СМИ перестали выполнять социализаторскую, культуртрегерскую функцию: планка культурных, интеллектуальных и нравственных ориентиров, которую они задают, неуклонно снижается. Это особенно касается телевидения, основными рейтинговыми программами на котором стали развлекательные форматы, а новостная политика глобальных СМИ все устойчивее формирует восприятие окружающей действительности как «мира катастроф».

За последние 10 лет зрительская и читательская аудитория стала уделять традиционным СМИ все меньше и меньше времени. С 2004 годов совокупный газетный тираж практически не растет: в развитых странах тиражи падают при некотором росте в развивающихся странах. Фиксируется кризис печатной прессы на Западе (быстрое падение рекламных доходов на фоне ухода рекламы в интернет). По оценке аналитиков, объем интернет-рекламы, составивший в 2006 году 26 млрд.долл. (6,1% рекламного рынка), в 2009 году будет равняться уже 47,4 млрд.долл. (9,4%).

ИНТЕРНЕТ-ТЕХНОЛОГИЯ

Начало Эпохи людей

В России главная тенденция года в интернет-среде – начало Эпохи людей, а не институтов. Массовое заселение интернета людьми находит сильнейшее подтверждение в успехе таких онлайн-проектов, как www.odnoklassniki.ru (14 млн. участников) и www.vkontakte.ru (10 млн. участников). Интернет научился воспроизводить оффлайновые ситуации, и данный тренд продолжится в будущем: будет наблюдаться появление новых тематических сообществ. В стране уже сформирован социальный слой, для которого интернет более значим, чем телевидение. И в будущем его влияние будет только расти, в том числе в политике.

В тоже время в области воспроизводства знаний интернет пока не продвинулся. Воспроизводство знаний в интернете не случиться до тех пор, пока здесь не появятся люди, которые начнут транслировать модели, характерные для современного социума. Поэтому текущую ситуацию в интернете можно определить как «первобытнообщинный строй».
Время для интеллектуалов в интернете также еще не пришло (это доказывает провал проекта www.top4top.ru – социальной сети для интеллектуалов, несмотря на огромные инвестиции, затраченных на его раскрутку). Людей, которые могли бы эффективно общаться в интернете оказалось мало. Более того, интернет способствует тому, что приход интеллектуалов ведет к деградации и маргинализации последних.

На Западе наибольшей популярности достигли webbasedservices (когда и программа, и пользовательский контент расположены на удаленном сервере, например, GoogleDocs). Подобные онлайн-сервисы расширяют возможности личного мобильного офиса в режиме реального времени. Независимо от местонахождения пользователь может оперативно подключиться к процессу информационной работы.

ВИЗУАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА

Глобальные изменения визуальных коммуникаций

Заметный рост динамики обновления визуальных коммуникаций, выраженный в эскалации ребрендинга, свидетельствует о  формировании условий для фундаментальных подвижек. Ребрендинг, редизайн, рестайлинг (эти понятия во многом стали даже сливаться) затрагивают практически все уровни коммуникаций: транснациональные и государственные корпорации, крупный, средний и малый бизнес, территориальный брендинг, медиа и культурную сферу (эта динамика хорошо демонстрируется ресурсами www.underconsideration.com/brandnew, а также www.rebrand.com). Эти тенденции в полной мере проявляются и в России, когда вслед за корпоративным сектором (МТС, Билайн, Альфа Банк, S7, РИА Новости) ребрендингу впервые подверглись и  государственные корпорации (РЖД и Почта России), что особенно актуально в контексте создания нового имиджа и бренда России.

Таким образом, ребрендинг из частной внутрикорпоративной практики становится катализатором процесса глобальных изменения облика всей современной айдентики. Установление новых эстетических (стиль 2.0) и коммуникативных стандартов, которые в содержательном отношении формируют новую визуальную культуру, означает эру следующего поколения визуальных и корпоративных коммуникаций. Ребрендинг стал не только массовой модой, в чем упрекают его «жертв», но сигнализирует о функциональной потребности в обновлении собственной идентичности у всех без исключения участников коммуникативного процесса в меняющимся мире.